Неограненные драгоценности. Почему переход Косторной и Трусовой к Плющенко – это трагедия

Правда жизни: для значительной части спортивных болельщиков чрезвычайно важно знать «где наши». Состязания на скорость, выносливость и силу – среда чрезвычайно токсичная, посему удивляться тому, что болеют не только «за», но и «против», не приходится. Неудивительно и то, что фанатов, жаждущих крови, слышно зачастую  куда громче, нежели людей, которые просто наслаждаются, созерцают.

Как всем нам хорошо известно, наиболее полезно смотреть телевизор тогда, когда он выключен. Только вот ругать в этом случае некого. А  иногда так хочется…

В данном контексте главные герои не-вполне-любовного-но-самого-хайпового фигурнокатательного треугольника – идеальные мишени, нужно только выбрать и прицелиться. И на Тутберидзе, и на Плющенко, и, внезапно, на Трусову с Косторной находится по легиону критиков разной степени адекватности. Контент генерируется, люди, искренне пытаясь доказать неправоту оппонента, «ругаются с телевизором», просмотры растут… Многих умных дядь и теть это даже радует, ибо «фигурка выходит в публичное пространство, скандалы – это деньги и известность». Цена сего действа их не особенно волнует.

Самонадеянно и нескромно рассуждать о себе как о человеке, который «выше всего этого». Но вот что могу сказать наверняка – в разные периоды и в разных ипостасях и Этери, и Евгений, и Александра с Аленой восхищали меня, дарили мне радость.

Именно поэтому, видимо, накипело. И захотелось высказаться о том, о чем, кажется, сказано уже все.

Ниже – взгляд человека, которого в равной степени восхищают Плющенко-фигурист и Тутберидзе-тренер. Взгляд на ситуацию, которую он, не боясь показаться категоричным, считает катастрофой.

 

Трагедия Алены и Александры

Неограненные драгоценности. Почему переход Косторной и Трусовой к Плющенко – это трагедия

Что может сподвигнуть уйти двух топовых спортсменок от лучшего тренера в мире к по большому счету коучу-новичку, пускай и со значительными во всех отношениях ресурсами?

Вчитываясь в вопрос, диву даешься, что ситуация эта вообще реальная.

Даже игнорируя непосредственно спортивные результаты и допуская, что сотрудничество с Этери себя исчерпало, нельзя не заметить, что в мире все-таки немало тренеров рангом выше по итогу выбранного. И никто из них не отказался бы рискнуть и поработать с талантами (талантищами) такого уровня – многие в открытую об этом говорили…

Каждый, абсолютно каждый из ответов на вышеизложенный вопрос будет порождать вопросы новые. Но сводиться все будет к простому сожалению. Жаль, что в ближайшем окружении потрясающих фигуристок не нашлось того, кто дал бы этим потрясающим фигуристкам прозаический, пардон, поджопник, который бы отрезвил юных дев. Ибо они, кажется, так еще и не осознали, какого уровня талант свалился им на голову.

Вместе с тем, уход к Плющенко – это лишь новый штрих к трагическому портрету непостижимого ТЩК. Уже сейчас очевидно, что в прошедшем сезоне мы наблюдали, вероятно, самую сильную команду в истории женского фигурного катания. Мне сложно в принципе найти аналоги в любой из дисциплин самого скользкого вида спорта, в любой из стран. В любое время.

Даже в грандиозной команде начала века Ягудин-Плющенко-Абт все-таки был ярко выраженный третий номер…

Здесь и кроется печаль. Ведь когда выносишь всех в одну калитку, сам об отдельной калитке не задумываешься.

Три равновеликих фигуристки из будущего сначала заслоняли дорогу к медалям друг другу. Затем добавились пандемические трудности, которые беспощадно кастрируют вот уже второй сезон кряду…

Фигурное катание любит такие игры: времена, когда спортсменка  уровня Лауры Лепистё становилась чемпионкой Европы и бронзовым призером чемпионата Мира, сменяются временами, когда кто-то из пары Косторная-Трусова может не выступить на Чемпионате мира вообще.

Неограненные драгоценности. Почему переход Косторной и Трусовой к Плющенко – это трагедия

И теперь ко всему прочему добавляется пресловутый переход. Переход, который объясним и с человеческой, и, позволю себе домысел, с финансовой точки зрения. Да с любой! Кроме спортивной.

Огранка – главное. Косторная и Трусова – это материал сколь уникальный, столь и сложный для использования. Бриллианты, может, и идут ко всему, но все ли идет бриллиантам? Допускаю, впрочем, что это мое мировосприятие искажено и виляние бедрами под «Ромео и Джульетту» является признаком хореографического прогресса. Удивительно, но и сам Плющенко-фигурист не единожды поплатился за несоответствие художественных образов масштабу его же таланта, катаясь на пике возможностей под «Бандитский Петербург»…

Цену своему дару волен определять его обладатель – наши ожидания являются нашими проблемами и только. Просто нужно отдавать себе отчет в том, что Дмитрий Киселев когда-то тоже был удивительно одаренным журналистом.

Рекламные контракты – это хорошо. Возможность начать обеспечивать семью и снискать мировую известность – это очень хорошо.

И в то же время неплохо возблагодарить за эти возможности его величество спорт. Лучшая благодарность здесь – ответственность и взвешенные решения. В переходе как таковом ничего плохого нет. Вот только не следует «понижать градус»: Ягудин уходил от Мишина к Тарасовой, Тесса и Скотт – от Зуевой к Дюбрей и Лозону, а Медведева от Тутберидзе к Орсеру. Спорные, зачастую скандальные решения, которые в чем-то опирались и на обиду, эмоции. Но в них неоспорима спортивная логика.

Неограненные драгоценности. Почему переход Косторной и Трусовой к Плющенко – это трагедия

Плющенко – человек, преисполненный амбициями и имеющий влияние. Переход к нему –действительно соблазнительный шаг. Но отчего-то вспоминается известная фраза из великого романа: «Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами все дадут!».

Так и хочется добавить: «Но и тогда не берите».

 

Трагедия Этери

Неограненные драгоценности. Почему переход Косторной и Трусовой к Плющенко – это трагедия

«Зачем ты пришла нам мешать? Как и для чего ты здесь появилась? Мы радовались попаданиям в десятку на Олимпиадах и Чемпионатах мира. Никто не мешал нам восхищаться зарубежными спортсменками, ничто не отвлекало от состязаний. Ты заставила нас сопереживать, ожесточенно спорить. Ты не просто вернула интерес к традиционно слабейшему в России виду фигурного катания. Ты сделала его самым сильным и самым обсуждаемым…

Так зачем? Зачем ты пришла нам мешать? Уж не сомневайся, мы всегда найдем для тебя очередную стрелу с ядом. Всегда будем на шаг впереди. Мы знаем, что слово «молодец» – самое страшное в спорте, что оно погубило сотни карьер. Но мы сделаем из тебя тренера-тирана, покажем тебя беспощадной хозяйкой конвейера, а твоих воспитанниц одинаковыми однодневками. И плевать, что Липницкая, Медведева и Загитова – максимально не похожие друг на друга фигуристки. Плевать!

На что ты рассчитываешь? Разве не осознаешь, как все складывается? Из года в год ты выигрываешь со своими девочками старт за стартом и из года в год их теряешь… Осталось ли в твоей спине место для ножей? Тебе и самой известно, что ты не всегда была права. Но мы сделаем так, что считать тебя виноватой будут всякий раз.

Ведь тебе на полном серьезе вменяют в вину, что ты зарабатываешь деньги на работе и что специально сживаешь со свету учениц, в которых вложила часть своей души. И даже когда они возвращаются к тебе, осознав, сколько ты для них сделала, многие воспринимают это с издевкой.

Неограненные драгоценности. Почему переход Косторной и Трусовой к Плющенко – это трагедия

И ничего не изменится.

Ты – тренер для фигуристок на сезон! Плевать, что Медведева была непобедимой два, а на третий ее победила лишь твоя же воспитанница.

Ты добиваешься результатов только с несовершеннолетними! Девятнадцатилетняя Турсынбаева и ее серебро на одном из сильнейших Чемпионатов мира в истории не в счет!

Ты – тренер только для девушек! Бронза Квителашвили на Чемпионате Европы? Всего лишь случайность…

Мы извратим каждое твое слово, каждое решение. Поставим знак вопроса над любым триумфом. Ты это знаешь, но… Продолжаешь. Зачем? Ради чего?

Когда в публичное пространство вбросили, что ты «не тренер для фактуры Косторной», многие даже не задумались, кто Косторной даровал эту фактуру. Когда кто-то в твоей группе получает травму, всем до лампочки, что не у тебя одной спортсмены травмируются. Ты так уязвима для критики, тебя так легко обокрасть…

Так зачем ты пришла нам мешать? Мы понимаем, что ты перенесла фигурное катание на столетие вперед. Но публика пристально разглядывает лишь темные стороны. У тебя есть поклонники, но, как ты не единожды убеждалась, они уходят. Все они уходят…

И вот, тебя на полном серьезе сравнивают с человеком, который ни одного воспитанника еще даже не свозил на Олимпиаду. И они находят у него преимущества! А-ха-ха!

Так зачем ты пришла нам мешать..?»

 

Трагедия Евгения

Неограненные драгоценности. Почему переход Косторной и Трусовой к Плющенко – это трагедия

Байка или быль, но наглядно донельзя: в 1972 году Сэлинджер колебался, не нарушить ли ему молчание. Он послал своему агенту отрывок из романа. И тот, прочитав, ответил: «Джером, останься легендой».

Первое время, читая все новые и новые инставсплески, полные негатива и «бокса по переписке», я мысленно шептал: «Евгений, останься легендой».

Вместо того, чтобы бросать в Плющенко очередной камень, я попытаюсь высечь из этого самого камня искорку альтернативного взгляда. Для меня в этом сюжете нет отрицательных героев, хотя по всем признакам Евгений – явный антагонист.

Начну с очевидного. Плющенко не только один из величайших фигуристов в мировой истории, но и человек, который на колоссальном уровне разбирается в этом спорте. Он буквально видел все, через все прошел. И в потенциале (!!!) Евгений, чего лукавить, тянет на роль топ-тренера. Я помню, как он, будучи экспертом на тогда еще телеканале «Спорт», с легкостью безошибочно прогнозировал тройки призеров на грядущем чемпионате Мира. Помню, как он, пускай и ненадолго, пускай и с дальнейшими паническими атаками, реанимировал карьеру Серафимы Саханович.

Из великих фигуристов далеко не всегда получаются тренеры – обучить другого гениальности нельзя, но Плющенко явно умеет доносить свои мысли. Евгений, в конце концов, двадцать лет работал с умнейшим Мишиным.

Неограненные драгоценности. Почему переход Косторной и Трусовой к Плющенко – это трагедия

Он авторитетен, даже авторитарен. Успешный тренер в России – это человек, который ежедневно опасно балансирует между сектой и казармой. Плющенко двадцать лет спортивной карьеры проскользил на периферии тьмы и света.

И все бы хорошо, но…

Начинающий иллюзионист не дебютирует с трюком «Освобождение из ящика под водой» – он корпит над «Двойным подъемом» и «Монетой из уха». И уж тем более не пытается подрезать у Гудини реквизит и помощников.

Человек, что впервые пришел в «качалку», если на его тщедушных плечах есть голова, не начинает с весов Арнольда, а молодой писатель – сколь бы талантливым он ни был – обломившись, силясь повторить писательскую манеру Дэвида Фостера Уоллеса, начинает с чего-то попроще, развивается поступательно.

Фигурное катание не терпит «графомании», не жалует тех, кто жаждет сиюминутного успеха. Плющенко – и это самое обидное – знает об этом непонаслышке. Одному ему известно, сколько всего он пережил, прежде чем стал великим.

Неограненные драгоценности. Почему переход Косторной и Трусовой к Плющенко – это трагедия

История с переходами Алены и Саши напоминает мне футбольное «Галактикос» мадридского Реала начала века: «заверните мне вот эту суперзвезду, эту и эту!». А то, что к каждой из суперзвезд нужен свой подход и что разместить их на поле – та еще задачка, это дело десятое. «Заворачивая» маленькую Юну Ким и главный прыжковый талант современности (быть может, даже и истории), ты обязан предложить миру фигурного катания нечто большее, нежели «хореографов мирового уровня» и «Войну и мир» в соцсетях.

Окружай-не окружай себя спецами высочайшего уровня, центральная фигура – это ты. Мне, как стороннему наблюдателю, неизвестно, насколько много Плющенко-тренера внутри Плющенко-бренда, каков его вклад. Но я не верю, что у Евгения нет тренерских амбиций.

У него горят глаза, он, выражаясь на манер Рокки Бальбоа, «еще не выпустил зверя». Сквозь маску всесокрушающего пафоса и каменной неуязвимости нет-нет да и проглядывает простой мальчишка, который стремится к новой вершине. И этот мальчишка тоже знает, что в мире нет более страшного слова, чем «молодец», я уверен. Вот только подсказать пареньку уже никто не сможет… С ним рядом нет равновеликой фигуры.

Именно поэтому Евгений Плющенко в этой ситуации – это также крайне трагичная фигура.

Неограненные драгоценности. Почему переход Косторной и Трусовой к Плющенко – это трагедия

Его грандиозный талант и его сверхвысокие амбиции оказались в заложниках у великого прошлого и «царственного» настоящего. И он взваливает на себя ответственность за два ярчайших таланта современности, за две стихии, которым одного катка мало.

И ведь бывало, что самому Евгению не хватало льда, когда вместе с ним у Мишина тренировался Ягудин. Окажись в любимцах не он, а Алексей, пошел бы Плющенко в предолимпийский сезон в оздоровительную группу, на надувной каток в цирке на льду? А что? Там в тот момент тренировала молодая, но очень перспективная девушка по имени Этери. Амбициозная, строгая, талантливая…

А впрочем… Я бы жаждал увидеть в личности Евгения одну лишь попытку заработать, хайпануть и по-олимпийски озолотиться. Но, быть может и напрасно, верю в то, что он все еще любит фигурное катание. Как же я на это надеюсь!

 

И я буду счастлив, искренне счастлив, если у всех героев этого романа со льдом все сложится в итоге отлично. В каждом из них горит огонь, и пускай все они хранят пламя по-своему, им по силам сделать фигурное катание еще более великим видом спорта.

Источник: sports.ru

Оставить комментарий

Ваш емайл не будет опубликован.

2 + 7 =