«Ну и чего ты ревешь?» Драматичная победа на Олимпиаде с пятой попытки – после ссоры с тренером и партнером

У Алены Савченко, которая родилась и начинала заниматься фигурным катанием на Украине, – удивительная карьера за сборную Германии. Она прошла 5 Олимпиад, а золото завоевала только на последней – в Пхенчхане-2018.

«Ну и чего ты ревешь?» Драматичная победа на Олимпиаде с пятой попытки – после ссоры с тренером и партнером

Лучшие годы – 11 сезонов – Алена откатала с Робином Шолковы: вместе они выиграли пять чемпионатов мира, но Олимпиады – настоящее проклятие. Только две бронзы, хотя оба раза считались фаворитами.

После Игр-2014 в Сочи Шолковы завершил карьеру, а Савченко осталась в фигурном катании еще на 4 года, чтобы исполнить олимпийскую мечту. Для этого она нашла во Франции перспективного статного партнера – Бруно Массо.

В ноябре 2020-го в издательстве ЭКСМО выходит биография Алены Савченко «Долгий путь к олимпийскому золоту», написанная Александрой Ильиной. Sports.ru с разрешения издательства публикует отрывок из книги фигуристки – о том, почему она выбрала Массо и в каких непростых условиях складывалась их пара.

***

Чтобы продолжать карьеру, ей нужен был новый партнер. Алена открыла ноутбук и задумалась: если она действительно хотела осуществить эти планы, то хорошо было бы определиться с потенциальным партнером еще до Олимпийских игр. Алена открыла сайт ISU и начала просматривать списки фигуристов-парников. Она перебирала имена, пересматривала разные видео на YouTube, представляя себя на месте той или иной партнерши. Одни были недостаточно высоки, у других была неприемлемая амплитуда движений, или они были недостаточно сильны, чтобы выполнять высокие подкрутки, как хотелось бы Алене.

«Кто же подошел бы мне в качестве партнера, кто?..» — Алена задавала себе этот вопрос снова и снова, просматривая нарезки из разных выступлений.

Для начала он должен полностью отличаться от Робина (Шолковы). После просмотра всех роликов Алена записала на листочке пару имен. С французом Бруно Массо она пересекалась и раньше. Он и его партнерша Дарья время от времени приезжали в Хемниц на тренировки к Инго (Штойеру). Как-то раз обе пары тренировали поддержки, и Бруно поднял Алену, то ли чтобы что-то наглядно показать ей и Робину, то ли просто шутки ради. Так или иначе, он развернул Алену в высокой поддержке, сделал еще пару шагов, держа ее на поднятых руках, и все это выполнил невероятно плавно и легко! Алена, крепко обхватив его запястья, могла принимать любую позицию, не соскальзывая вниз. У Робина запястья были немного мягче, поэтому ей приходилось постоянно контролировать свое положение, чтобы ненароком не соскользнуть. У Бруно же были очень крепкие руки, и Алену это восхищало.

В то время у Алены даже вопроса не возникало о смене партнера. Но вот ту их совместную поддержку она запомнила очень хорошо. Своим телосложением Бруно даже немного напоминал ей ее бывшего партнера Стаса Морозова, но, несмотря на свой высокий рост, двигался по льду он очень пластично. Уже тогда Алена восхищалась элегантностью его движений. Когда Бруно тренировался с Дарьей в Хемнице, Робин и Алена иногда наблюдали за ними, стоя у бортика, и Алена даже как-то указала Робину на эту плавность движений. Робин тоже отметил элегантное катание француза. Иногда они посмеивались над Бруно, особенно их забавлял взрыв его эмоций, когда у него что-то не получалось.

«Такой большой парень, а взвинчивается как ребенок», — улыбалась Алена, покачивая головой.

И вот теперь имя того француза стояло первым в ее списке.

Вопрос Эрика Рэдфорда о ее планах на финале Гран-при Алена восприняла как намек на то, что он, возможно, подумывал о ней как о потенциальной партнерше. Но Эрик? Алена представила себя на льду с ним… Чтобы встать в пару с Эриком и полноценно тренироваться, ей пришлось бы переехать в Канаду, а это было слишком далеко. Кроме того, он весьма органично смотрелся с Меган (Дюамель). Алена снова включила видео с Эриком, чтобы внимательнее присмотреться к выполняемым их парой подкруткам и выбросам. На самом деле, подкрутка у них была не очень высокая, как хотелось бы Алене, хотя над этим можно было бы поработать. Но опять же — Канада была слишком далеко… Ее мысли снова вернулись к Бруно — он подбрасывал партнершу очень высоко, а она была крупнее Алены, поэтому с ним Алена точно могла бы подлетать до потолка.

«Ну и чего ты ревешь?» Драматичная победа на Олимпиаде с пятой попытки – после ссоры с тренером и партнером

В свой список она внесла еще одного парника – Александра Энберта. Россия, конечно, была намного ближе, чем Канада, и Алена вполне могла себе представить переезд в Москву. Кроме того, насколько она помнила, у Энберта были немецкие корни. Вот только он казался слишком высоким, и Алена чувствовала бы себя с ним на льду как ребенок, а эдакая пара «папа-дочка» смотрелась бы не очень-то хорошо. Но тем не менее Алена оставила его в своем списке.

Уже после Олимпийских игр и последующего чемпионата мира в марте Алена попросила тренера написать двум «счастливчикам» и спросить, не хотят ли они встать в пару с уже пятикратной чемпионкой мира Аленой Савченко. Сама она не хотела их спрашивать, потому что такой запрос должен был все же исходить от тренера, так было бы официальнее.

В тот вечер, когда Алена просматривала ролики с различными парниками, она даже не задумывалась над тем, что кто-то из них может не согласиться. Но ведь если не спрашиваешь, не получаешь положительных ответов. На тот момент ей было важно, чтобы они действительно подходили ей по выбранным ею критериям. А согласятся они или нет, это было уже другое дело.

Первым, кто ответил на запрос Штойера, был Бруно Массо, выразивший заинтересованность. Но стоит сказать, Инго поступил очень продуманно, так как в запросе он не указал конкретно имени Алены, написав, что у него есть свободная парница, заинтересованная в пробной тренировке. Хотя Алена полагала, что Бруно и без этого понял, о ком шла речь. Лишь позже Алена узнала, что тренер Бруно Жан-Франсуа Баллестер, которого все называли просто Джеффом, буквально вынудил Бруно незамедлительно ответить «да», даже не раздумывая. А слово Джеффа было для Бруно законом.

— Я буду кататься с Бруно! — заявила Алена Штойеру с твердым намерением встать в пару с французом.

— Не принимай решения слишком быстро, не гони! Выжди и давай посмотрим, что ответит Энберт…

Биография Алены Савченко – бестселлер на немецком. Ее написала маркетолог из России, посмотревшая чемпионский прокат 200 раз

«Ну и чего ты ревешь?» Драматичная победа на Олимпиаде с пятой попытки – после ссоры с тренером и партнером

У Инго был более прагматичный подход, поэтому он настаивал на том, чтобы Алена попробовала покататься с обоими кандидатами, прежде чем принимать окончательное решение. Кроме того, к этому времени из России так же пришел утвердительный ответ. Энберт хотел попробовать поработать с Савченко.

— Нет, я уже решила, что хочу кататься с Бруно.

Это Алена поняла сразу же, как только прочитала ответ француза. Поэтому предполагаемая пробная тренировка с Энбертом была бы для нее пустой тратой времени. Алена доверяла интуиции и была абсолютно уверена, что Бруно — правильный выбор.

Бруно приехал в Хемниц почти сразу после чемпионата мира, на котором Алена выступала еще с Робином. Позже многие писали и говорили, что Савченко пришлось начинать тренировки с новым партнером с нуля. Но это было не так. Уже первые упражнения с Бруно показали, что Алена может продолжать на том же уровне, на котором они остановились с Робином. Бруно выполнял все поддержки практически с первого раза, техника у него была поставлена отлично. Что касается подкрутки, от одной только мысли о первых попытках у Алены захватывало дыхание.

Когда он в первый раз ее подбросил, она закричала. Не от страха, от восторга! Алена предполагала, что подкрутка с Бруно будет выше, чем та, что они выполняли с Робином, но высота, на которую ее подкинул Бруно, превзошла все самые смелые ожидания. К такой высоте ей необходимо было еще привыкнуть. Было очевидно, что столь зрелищная подкрутка сможет стать визитной карточкой новой пары. Казалось, что Бруно не ее подкидывал в воздух руками, а подбрасывал к потолку тряпичную куклу с помощью катапульты. На высоте почти в три метра Алена могла выполнять крутку, не беспокоясь, что не успеет сделать все обороты до того, как Бруно ее поймает и поставит на лед. Подкрутка была действительно эффектной. Когда позже Алена рассматривала этот элемент на фотографиях, она не могла поверить глазам. Каждый оборот вызывал непередаваемое чувство восторга, Алена ощущала себя очень легкой. Только когда он ее ловил, ей было немного больно, но при такой высоте это не вызывало удивления.

Алена была счастлива, что интуиция, похоже, подсказала ей правильный путь и что в лице Бруно, возможно, она нашла подходящего партнера. Алена сразу поняла, насколько высокий у него потенциал, поэтому теперь им нужно было только развиваться и раскрывать этот потенциал вместе. Единственное, что ее угнетало и за что она сердилась на саму себя, это то, что несколько месяцев назад, когда она только приняла решение продолжать карьеру, она так и не прислушалась к интуиции и не поговорила с Робином до Олимпийских игр.

Все получилось так, как она и опасалась — Робин узнал о ее планах не от нее самой, а от кого-то другого. Поэтому его обиду она прекрасно понимала. Робин сразу же заявил, что он не будет выступать с ней в шоу, если она одновременно будет кататься с другим партнером на соревнованиях. Алена винила себя, что не рассказала ему все сразу, как хотела. Это было бы справедливо и правильно, а так получилось не очень хорошо. Может быть, если бы он заранее знал о ее планах, он бы не стал отказываться от совместных выступлений в шоу. Но ему рассказал об этом кто-то другой, а она так и не смогла поговорить с ним лично и объяснить, почему получилось так, как получилось. Нужный момент был упущен. Сначала Алена хотела немного подождать, чтобы он немного успокоился, но потом у нее не было даже возможности поговорить с ним.

Муж Алены Савченко нарисовал Медведеву и Загитову. Вам точно понравится

«Ну и чего ты ревешь?» Драматичная победа на Олимпиаде с пятой попытки – после ссоры с тренером и партнером

С одной стороны, Алена могла понять Робина, а с другой — она не хотела отпускать мечту только из-за участия в коммерческих шоу. Поэтому, когда Робин отказался выступать, Инго сделал все возможное и невозможное, чтобы им не пришлось разрывать контракт на шоу в Корее, где Робин и Алена были заявлены как участники.

К счастью, Инго удалось изменить подписанный контракт, и теперь Алена должна была отправится туда с Бруно Массо, а не с Робином. На подготовку номеров у них оставалось всего три недели, и за это время Инго поставил для них две абсолютно новые программы, с которыми новоиспеченная пара должна была показаться широкой аудитории.

Выступление на этом шоу было сродни прыжку в ледяную воду и должно было стать первым испытанием для новой пары. Как их воспримет публика? Алена была звездой, пятикратной чемпионкой мира, в то время как Бруно впервые выступал на шоу среди сильнейших в их дисциплине. Поэтому ему было крайне сложно так рано предстать перед публикой, практически еще не скатавшись с новой партнершей. Ведь за ним пристально следили не только поклонники фигурного катания, но и другие спортсмены, которые были приглашены на шоу в Корее. К тому же их пара была очень необычной. Алена понимала, что ее настоящие поклонники примут ее решение и выбор нового партнера и будут поддерживать на выступлениях с Бруно. Поэтому она с нетерпением ждала этого шоу, которое должно было стать своего рода лакмусовой бумажкой для тандема Алена — Бруно.

Шоу-программы сами по себе не были шедеврами, но отличались красивыми постановками, способными после всего лишь трех недель совместных тренировок показать преимущества новой пары и в то же время скрыть ее недостатки. В них было много умело вплетенной в неспешные мягкие движения экспрессии, раскрывающей весь спектр чувств, сопутствующих поиску и познанию себя, новым встречам, надежде. Выступление на этом шоу должно было показать, на что способна их пара и в каком направлении им предстояло двигаться. Алена и Бруно даже выполнили подкрутку — конечно, не тройную, а для начала только двойную, но восторженное «Ах!», пронесшееся словно вихрь по трибунам, в этот момент было равноценно золотой медали. Действительно, это выступление можно рассматривать как небольшую победу во множестве аспектов: над сомнениями, над обстоятельствами и, не в последнюю очередь, над собой.

Алена поистине была счастлива, и музыка, выбранная для одной из программ, — «Happy» — идеально соответствовала ее внутреннему состоянию. Она чувствовала, что движется в правильном направлении, и с еще большим нетерпением ждала предстоящей поездки во Флориду, где она, Инго и Бруно должны были приступить к интенсивным тренировкам. Вот только она даже не предполагала, каким разочарованием станет для нее эта поездка.

«Ну и чего ты ревешь?» Драматичная победа на Олимпиаде с пятой попытки – после ссоры с тренером и партнером

***

Алена сняла чехлы, положила их на бортик рядом с бутылкой воды, быстро просмотрела сообщения в мобильном и отложила его в сторону. Это была первая тренировка их пары в США, поэтому ей очень хотелось поскорее выйти на лед и начать работу с Бруно. Он появился из раздевалки спустя пару мгновений, бросил олимпийку рядом с ее вещами и буквально выскочил на лед. Алена выехала за ним. На льду занималась еще одна пара — Хэвен Денни и Брэндон Фрейзер, воспитанники Джона Циммермана и Сильвии Фонтана, тренировавшиеся на этом же катке во Флориде. Они начали заниматься немного раньше и сейчас отрабатывали вращения, в то время как Алена и Бруно первые пять минут просто катались вдоль бортика, чтобы разогреться. Они держались за руки и скользили по льду, то немного разгоняясь, то меняя направление, тормозили и снова разгонялись, стараясь точно совмещать шаги, чтобы создавалось впечатление единого целого. Эти, казалось бы, малозначимые детальки и почти неуловимые движения чрезвычайно важны в парном катании, потому как в конечном итоге они и производят необходимое воздействие на зрителей и создают впечатление скатанности пары.

После нескольких разминочных кругов по катку Бруно остановился и подъехал к бортику, чтобы сделать глоток воды. Для Алены даже эти несколько секунд были слишком драгоценным временем, которое было жалко терять. Она утоляла жажду только тогда, когда тренировка уже подходила к концу. Алена бросила взгляд на Бруно, но говорить ему ничего не стала. Вместо этого она развернулась и, заходя на простенький прыжок, стала набирать скорость. Краем глаза Алена заметила, что на другом конце катка Хэвен и Брэндон о чем-то разговаривали с Инго, который им что-то объяснял и активно жестикулировал. «Может быть, он хочет дать им какой-то совет или порекомендовать что-то», — подумала Алена и оглянулась на партнера. Бруно снова подъехал к ней, чтобы начать полноценную тренировку. Инго, наконец, подал им рукой знак, подзывая к себе для инструктажа. Другая пара тем временем покинула лед, поэтому Алена отбросила все ненужные мысли и сосредоточилась на тренировке.

Во время вечернего тренинга она снова заметила, что Инго о чем-то переговаривался с Хэвен и Брэндоном, а когда Алена вышла на лед, они уже вместе с Инго стояли у бортика. Алену не покидало ощущение чего-то странного. Алена и Бруно уже минут пятнадцать разминались на льду, а Инго, казалось, полностью забыл о них. Вместо этого он снова что-то говорил и показывал американцам, объясняя, судя по жестам, которые Алена видела со стороны, что им следовало бы поправить в выбросе.

— У них же есть свои тренеры, — начала закипать Алена. — Я сейчас, — бросила она Бруно и направилась к Инго. — Почему ты работаешь с ними? — выпалила она вопросом в Штойера. — У них есть Джон и Сильвия, а ты приехал сюда с нами и сам знаешь, мы должны много работать, мы — новая пара!

Алена была расстроена, у нее внутри буквально все клокотало. Она даже не заметила, что Бруно тоже подъехал к Инго.

— Нам нужно твое внимание, взгляд тренера, мы не можем кататься сами по себе!

Позже, уже в раздевалке, Алена снова и снова прокручивала в голове тот странный разговор и в особенности ответ Инго, который хоть и не был похож на выстрел из пистолета, но его слова попали прямо в сердце — Алена его не оплачивает. Коротко и ясно. Алена была в таком состоянии, что даже не смогла сразу ответить на этот выпад. Она просто молча стояла, подбирая слова, и, не веря происходящему, смотрела на Штойера. Они проработали вместе 11 лет, в жизни были парой, поэтому у нее в голове такое даже не укладывалось.

Да, сейчас она не оплачивала занятия с Инго, это было правдой. Но она все равно не понимала такого отношения и, закрыв глаза, сидела на деревянной скамейке в раздевалке, пытаясь успокоиться. Ее коньки валялись на полу, а слова «ты мне не платишь» все еще царапали сердце.

Теоретически Инго был прав — она не платила ему денег за тренировки, а немецкая федерация не имела права оплачивать его работу из-за старой истории со Штази. Но когда Алена еще каталась с Робином, они принимали участие в многочисленных шоу в ранге чемпионов мира, хорошо зарабатывали и отдавали часть денег тренеру. Всегда. Сейчас Алена даже не могла подсчитать ту сумму, которую она в совокупности перечислила Инго за все эти годы, но это точно были большие деньги. Безусловно, выплата спортсменами тренеру части своих гонораров была в порядке вещей. Но они-то отдавали Штойеру сумму больше принятой, потому что немецкая федерация не выплачивала ему зарплату. Совсем недавно Алена перевела на счет Инго его долю за прошедшее шоу в Корее. Да и вообще, если задуматься, они вместе пережили многое, у их трио случались взлеты и падения, Алена и Инго были парой в течение нескольких лет… Поэтому Алена никак не могла понять — неужели вот это все сможет разбиться о такую короткую фразу: «Ты мне не платишь!».

«Никогда не ревновал Савченко к Массо. И это странно». Муж олимпийской чемпионки – о своих чувствах

«Ну и чего ты ревешь?» Драматичная победа на Олимпиаде с пятой попытки – после ссоры с тренером и партнером

Но не мог же он ожидать, что они, специально прилетев в США, тренировались бы здесь сами по себе, без тренера? Тогда им просто не было смысла появляться здесь. Кроме того, Инго получил рабочую визу в США, а Алена и Бруно были его спортсменами, с которыми он и должен был работать. Или, может быть, она что-то неправильно поняла? Но его слова были однозначны. Ей необходимо было с ним поговорить и выяснить этот вопрос до конца. Обычно, когда на тренировке у них возникали разногласия, дискуссии продолжались и вне катка, поэтому разговор, скорее всего, стоило отложить до завтра.

Действительно ли Алена с Инго были парой? Или это была лишь видимость? Что за отношения связывали их? Теперь Алена сама запуталась и не могла ответить на этот вопрос… Сейчас она уже не хотела никаких отношений, устав от этих эмоциональных «качелей». Ей хотелось покоя и возможности сконцентрироваться на спортивном будущем. Алена понимала, что и Бруно был напряжен и находился буквально на взводе, потому что все это «представление» ему категорически не нравилось. То, что он пока ничего не высказал, еще ни о чем не говорило. К тому времени Алена уже была прекрасно знакома с его взрывным характером, и это было всего лишь вопросом времени.

На третью тренировку Алена пришла в смешанных чувствах. Сегодня она хотела дать понять Инго, что его помощь в качестве тренера необходима и ей, и Бруно. Его парой были они, а не Хэвен с Брэндоном. Бруно, похоже, тоже пребывал не в лучшем настроении. Он негромко, но постоянно поругивался, многократно повторяя одни и те же шаги. Возможно, эти упражнения, наконец-то полученные от Инго, были для него слишком легкими или, наоборот, чересчур сложными, Алена не могла пока этого понять. Очевидным было только ощущаемое ею напряжение, которое она чувствовала практически на физическом уровне. Инго сделал знак Бруно, подзывая его к себе. Алена тоже поспешила к бортику.

— Если ты не будешь выполнять то, что я говорю, можешь проваливать со льда, — твердым голосом заявил Инго Бруно.

— Да, сейчас, разбежался. Это время нашей тренировки! — ответил Массо.

Алена не могла понять дословно, что спортсмен так резко высказал тренеру, потому что пока еще плохо говорила по-английски, но содержание разговора она уловила. Если Бруно что-то не нравилось, он сразу об этом заявлял, не заморачиваясь с выражениями.

— Выход там! — Инго, видимо, не захотел с ним спорить и указал пальцем в направлении двери.

В ответ на его жест последовало нечто замысловатое на французском, а потом Алена могла только наблюдать, как ее «пока еще партнер» или уже «бывший партнер» схватил чехлы и рванул к себе олимпийку с бортика с такой силой, что бутылка с водой опрокинулась на лед. И ушел…

«Ну и чего ты ревешь?» Драматичная победа на Олимпиаде с пятой попытки – после ссоры с тренером и партнером

На катке вдруг стало так тихо, что Алена услышала, как другие спортсмены на противоположном конце катка приземлили свой каскад. Ситуация накалилась и вышла из-под контроля так стремительно, что Алена даже не могла сразу сообразить, что же будет дальше. Она подняла со льда опрокинутую бутылку, поставила ее обратно на бортик и в ужасе посмотрела на Инго. Но он уже как ни в чем не бывало разговаривал с Брэндоном.

Алена быстро протерла лезвия, надела на них чехлы, сложила коньки в спортивную сумку, которую смогла закрыть только со второй попытки из-за сильного волнения и спешки. Потом она бросилась в отель, чтобы найти Бруно. Ей необходимо было с ним поговорить и успокоить его.

Она должна была объяснить ему, что у Инго просто такие методы тренировок и что, когда он говорит: «Уходи»!» — это совсем не означает «уходи». Это все бред. Надо уйти, но только с одной тренировки! Если что-то не задавалось, спортсмен должен был покинуть лед. В качестве наказания. Тогда на следующий день он приложит все усилия, чтобы элемент получился и его не выгнали с катка. Такие методы могли сработать с ней, потому что сама Алена была одержима льдом и преждевременный уход с катка казался ей тяжелым наказанием. А вот с Бруно этот номер, похоже, не прошел. Если бы Алена сама была тренером, то делала бы все наоборот, заставляя спортсмена работать на льду до тех пор, пока у него не получится элемент.

— Нет! Я уезжаю! И если я говорю «ухожу», то действительно ухожу, — бросил Бруно, собирая вещи.

— Он не это имел в виду!

— Мне пофиг, что он там имел в виду, я ему больше не доверяю и не собираюсь с ним тренироваться, — выпалил Бруно, кидая вещи в чемодан, даже не складывая их.

— Но мы уже так много достигли вместе, — попыталась Алена зайти с другой стороны.

— Я и не отрицаю! Если хочешь кататься со мной, поехали отсюда, — Бруно наконец сел на кровать и посмотрел на Алену. — Ты реально такая наивная или прикидываешься? Разве ты не видишь, не понимаешь? Как долго ты будешь цепляться за него? Что мы тут делаем? Тренируемся? И как? Без тренера? Или с тренером, который на нас не обращает внимания, а если что-то вдруг не получается, вышвыривает с катка? Обалдеть, как продуктивно! — сарказм в его голосе сочился буквально из каждого слова. — Собирайся и поехали. Я уже купил билеты!

— Какие билеты? — переспросила Алена.

На нее вдруг накатила такая усталость, что она просто рухнула на стул рядом с кроватью. У нее было ощущение, что как будто два товарных поезда тянули ее в разные стороны, а она старалась удержать оба.

— Во Францию! Куда же еще? Летим вместе, или ты остаешься? — Бруно наконец заговорил медленнее.

Наверное, он тоже начал немного успокаиваться. При этом он уверял ее, что хочет кататься с ней и ценит ее как партнершу. Но в таких условиях, считал он, тренироваться было невозможно, особенно когда доверие к тренеру было утеряно.

— Так ты со мной? — спросил он снова.

— Да не могу я так просто все бросить и улететь! Мы же с Инго вместе… вроде как… Мне надо подумать.

Бруно на это ничего не ответил, просто закатил глаза.

— Дай мне немного времени, я хочу кататься с тобой, Бруно… — по крайней мере, в этом Алена точно не сомневалась.

Когда вечером Инго вернулся с катка, ситуация, и без того накаленная до предела, превратилась в ад. Алена думала, что худшее было уже позади, но сильно ошибалась. Инго сразу потребовал от Бруно отдать ему свой паспорт, чтобы тот не мог покинуть страну. И вот это требование, похоже, стало последней каплей, переполнившей чашу терпения француза. Бруно просто наглухо заперся в своей комнате, и даже Алена не могла с ним поговорить. На следующий день он улетел.

«Ну и чего ты ревешь?» Драматичная победа на Олимпиаде с пятой попытки – после ссоры с тренером и партнером

Всего пару недель назад Алена чувствовала себя на седьмом небе от счастья, а теперь Алена снова оказалась на дне. Она одиноко стояла на пляже во Флориде и слушала шум прибоя, наблюдая за волнами, которые друг за дружкой накатывали на берег… Она смотрела, как серферы выводили свои доски на гребень волны, наблюдала, как где-то на горизонте парусники балансировали между небом и водой… Она слышала, как дети плескались в прибое… Все шло своим чередом, и Алена была уверена — все, что ни происходит, ведет к лучшему.

Алена шла вдоль берега и размышляла о случившемся. Она не видела смысла идти на каток, что ей там было делать одной? Просто сидеть и жалеть себя — это не в ее стиле. Бруно открыл ей глаза и создал почву для размышлений. Алене хотелось бы забыть о ругани на катке, но факт оставался фактом — Бруно был прав.

После его отъезда Алена сразу позвонила в немецкую федерацию фигурного катания и описала проблему. Интересно, что они не удивились сложившейся ситуации, еще и указали ей на то, что ее вообще-то предупреждали о возможности такой концовки. Алена не могла вспомнить этого предостережения, хотя, может быть, в свое время она пропустила его мимо ушей или вовсе не хотела этого слышать. Чиновник из федерации посоветовал ей собирать вещи и возвращаться в Германию. Правда, билет на самолет они смогли предоставить ей только через неделю, поэтому все эти дни Алена проводила возле океана, гуляя по пляжу. Одна, наедине со своими мыслями. С Инго она общалась более-менее нейтрально, сразу поставив его в известность, что собирается улететь в Германию. Может быть, ей все-таки удастся найти компромисс и убедить Бруно вернуться к тренировкам. Инго, выслушав эти слова, просто пожал плечами и пожелал ей… хорошего полета.

***

Алена еще раз посмотрела в телефон и отложила его в сторону. Ее сообщение было доставлено и прочитано еще два дня назад, но ответа пока не было. Казалось, с тех пор как Бруно покинул Флориду, он провалился сквозь землю. Алена о нем ничего не слышала.

Получается, на данный момент у нее не было ни тренера, ни партнера, но почему-то даже теперь она была уверена, что все у нее получится. Алена привыкла преодолевать трудности и в таком вроде бы безвыходном положении оказывалась далеко не впервые. В этот раз все как будто бы указывало на то, что конец ее спортивной карьеры не за горами. Алене все это напоминало компьютерную игру, в которой игрок обычно куда-то мчится, преодолевая вырастающие из ниоткуда препятствия, бежит, прыгает, сражается, переходя с уровня на уровень, и с каждым пройденным этапом задания становятся все сложнее и сложнее. Если же что-то не получается, он начинает игру сначала, правда, набрав необходимые опыт и навыки, чтобы в следующий раз пройти начальные уровни быстрее. В своей карьере Алена уже пережила многое и сталкивалась со множеством различных проблем, поэтому сложившуюся ситуацию воспринимала довольно-таки спокойно. Да, она могла все бросить и просто расслабиться. Но Алена знала, что выход найдется, только его надо поискать.

Чтобы не терять время попусту, а напротив, извлечь из вынужденного простоя пользу, Алена записалась на курсы подготовки тренеров. Она часто задумывалась о тренерской деятельности и надеялась, что когда-нибудь и сама сможет поделиться опытом с другими спортсменами. Еще с детства она уважала профессию тренера. И хотя сейчас они разругались с Инго и ситуация полностью вышла из-под контроля, Алена была благодарна ему за прошедшие годы. Это было непростое время. Да, ей было трудно, но, даже если учесть случившееся во Флориде, Алена признавала, что она не достигла бы всех своих титулов без Штойера. Без тренера Инго Штойера она не стала бы той Аленой Савченко, которую знали все. Она многому у него научилась. Да, у них было много расхождений, они много спорили, ругались, он часто бывал излишне резким и своими диктаторскими замашками нередко доводил ее до слез, но все это делало ее сильнее. Инго был и оставался нелегким человеком. Но и с ней ему тоже было непросто, что уж тут говорить.

А сейчас… Алена не хотела, чтобы все закончилось вот так. Она злилась и одновременно ей было очень грустно. Может быть, если бы он пошел на уступки, все было бы иначе. Штойер не терпел никакого другого тренера или хореографа в своей команде, он был прирожденным одиночкой и решал все за них с Робином. Если она что-то предлагала улучшить или добавить в программе, он ее идеи отвергал. Если бы в их команде был кто-то, способный повлиять на него в этом отношении, то все было бы намного проще… Но нет, сейчас об этом размышлять не было никакого смысла.

***

Алена сделала глубокий вдох, пытаясь сосредоточиться на текущей ситуации и задуматься о ближайшем будущем.

Чтобы избавиться от ненужных мыслей, Алена достала шкатулку с маленькими стразиками Swarovski и черные вязаные перчатки, которые она украшала этими блестящими камушками. Она любила придумывать разные узоры или декоры, ей нравилось рукоделие, это занятие хорошо прочищало голову. Иногда Алена выбирала маленькие камушки, выкладывая из них инициалы А и С, означающие ее имя — Алена Савченко. Иногда просто прорисовывала камушками линии и звездочки или наклеивала черные, красные и желтые стразики друг за дружкой, и тогда на перчатке можно было распознать немецкий флаг. Алена не собиралась продавать эти собственноручно украшенные изделия, она «работала» только для себя, потому что за этим нехитрым занятием полностью могла отключиться от внешнего мира, подумать и сосредоточиться на главном. Когда на столе завибрировал телефон, она вздрогнула, и стразик, который она держала в руке, упал на пол.

«Я приеду, но мне нужно еще немного времени, чтобы оправиться от флоридского стресса. Я тебе напишу, как только буду точно знать даты. Бруно».

«Ну и чего ты ревешь?» Драматичная победа на Олимпиаде с пятой попытки – после ссоры с тренером и партнером

Алена быстро набрала в ответ, что все в порядке и она подождет, потом отложила в сторону телефон и посмотрела под стол. Выскочивший из руки стразик как будто провалился сквозь землю. Тогда она взяла из коробки другой и начала его крепить к ткани, но он постоянно отваливался, и работа застопорилась. Алена не могла больше сконцентрироваться, поэтому отложила рукоделие в сторону и, потянувшись, встала. А сама-то она справилась со стрессом или уже привыкла жить с ним постоянно? У нее давно сложилось впечатление, что она всегда против кого-то боролась, куда-то бежала, что-то доказывала, поэтому ей было необходимо привыкнуть к тому, что сейчас, в силу этого вынужденного ожидания, у нее появилась уйма свободного времени.

Алена снова бросила взгляд на дисплей телефона. При этом краем глаза она заметила на полу блеск ускользнувшего стразика, подняла его и покачала головой. Странно, теперь она совершенно точно видела, что он совсем не подходил к перчатке и выбранному дизайну. Как она могла не заметить этого раньше? Она бросила его в шкатулку и встала.

Бруно прилетел через две недели, поэтому они сразу смогли начать тренировки на льду. Конечно, у них не было тренера, который бы их наставлял, но они сами разработали программу тренировок. Каждую минуту, что получалось выбить на катке, они использовали для работы над отдельными элементами, повторяя их до тех пор, пока не доводили исполнение до автоматизма. Не все получалось сразу, они постоянно что-то обсуждали, спорили, показывали друг другу элементы, но практически всегда приходили к общему знаменателю. Правда, вместе с прогрессом в технике чувствовалось и нарастающее напряжение, ведь они до сих пор тренировались на катке Хемница самостоятельно. Алена чувствовала это. Бруно чувствовал это. Но ни она, ни он не могли с этим ничего поделать — они оба понимали, что им срочно нужен был новый тренер. Такая ситуация не устраивала их обоих, и тренировки проходили не так эффективно, как если бы они работали под чутким руководством специалиста. Да, они могли тренироваться до умопомрачения, используя каждую свободную минуту. Но зачем? Для кого? Эта неопределенность сказывалась на их настрое, на мотивации, которая иссякала с каждым днем.

Алена присела на скамейку, сделала глубокий вдох и посмотрела на Бруно, забравшего с бортика чехлы и направившегося в сторону раздевалок.

— Подожди! — Алена встала, собрала свои вещи и побежала за ним. — Больше нет смысла тренироваться одним. Давай поедем к твоему тренеру во Францию, — Алена бросила взгляд на Бруно, он резко остановился и оглянулся.

— Он сейчас в Швейцарии.

— Ну, значит, в Швейцарию!..

Бруно не надо было даже ничего отвечать. Конечно, он мог бы что-то сказать, но глаза уже выдали его. В них снова появился блеск, отражающий, казалось бы, уже потухшую надежду. Ведь теперь, при необходимых условиях, они наконец могли двигаться дальше. Бруно широко улыбнулся и просто кивнул. Алена же решила для себя, что сделает все возможное и невозможное, чтобы добиться необходимых условий или создать их самой — для него, для нее, для них обоих.

Раньше Алена не сталкивалась с Жаном-Франсуа Баллестером, лишь пересекалась с ним на некоторых соревнованиях, особо не разговаривая.

Инго говорил, что он не очень хороший специалист. Но сейчас Алена не хотела полагаться только на его мнение, хотела сама удостовериться лично, что он за человек и что из себя представляет как тренер. В оценке людей Алена старалась все-таки опираться на собственное суждение, а не принимать чьи-либо слова на веру. Поэтому ей было очень интересно, как теперь будут проходить их тренировки. Баллестер не мог быть плохим тренером, говорила себе Алена, ведь она сама воочию наблюдала за работой его лучшего ученика — у Бруно, безусловно, техника была поставлена очень хорошо, все элементы он выполнял правильно, а научил его этому не кто иной, как Баллестер. Исходя только из одного этого факта, она могла оспорить суждение Инго о французе. Несколько месяцев назад, когда они ездили на пару дней в родной город Бруно Кан и даже приняли участие в шоу на местном катке, она смогла перекинуться с Баллестером парой слов. Там Алена поближе познакомилась с ним, но тогда еще не могла узнать, насколько он хорош как тренер.

«Ну и чего ты ревешь?» Драматичная победа на Олимпиаде с пятой попытки – после ссоры с тренером и партнером

Сейчас она лежала на надувном матрасе в квартире Бруно в Кане, сон никак не приходил, и Алена вспоминала… В комнате было тихо, она ворочалась с боку на бок, стараясь заснуть, потом открыла глаза, и сердце ушло в пятки. Два сверкающих глаза смотрели на нее в упор так пристально, что она буквально подорвалась с матраса и села. «Забыла, как тебя звать, киса… может, ты сегодня переночуешь в другом месте?» — Алена снова улеглась и закрыла глаза. Она любила кошек, но только когда они держались от нее на расстоянии. А в этом доме жили две кошки. Одна принадлежала Бруно, другая — его соседям, с которыми Бруно и его девушка Софи делили дом. И сейчас, видимо, Алена со своим матрасом очутилась аккурат на маршруте ночных прогулок кошек. Поэтому она продолжала ворочаться в окружении любопытных созданий и своих мыслей.

Из рассказов партнера Алена знала, что Джефф — так Бруно называл тренера — начал заниматься со своим подопечным, когда тому было 7 лет, и все, чего Бруно смог достичь как спортсмен, было заслугой вот этого брюнета в очках. Джефф сразу распознал у мальчика талант и стал помогать ему во всем. Он был не просто тренером, он был его наставником, практически вторым отцом. И именно Джефф, а не Бруно, сразу принял предложение пятикратной чемпионки мира Алены Савченко создать с ней пару и полностью изменить жизнь.

А теперь они отправились в Швейцарию. И вот она уже стоит на катке в швейцарском городе Ла-Шо-де-Фон и наблюдает за работой заливочной машины. Баллестер работал здесь тренером уже несколько месяцев, поэтому они и поехали к нему сюда, а не во Францию. На льду было холодно, гораздо холоднее, чем обычно на катках, но Алена, похоже, не обращала внимания на такие мелочи. Главное, чтобы Бруно был доволен и у них появилась возможность продолжать совместные тренировки. Здесь был лед и был тренер, который ей сразу понравился. Конечно, методики Баллестера кардинально отличались от тех, к которым она привыкла, но тем не менее сразу стало понятно, что под присмотром специалиста тренировки проходили эффективнее, а Бруно был гораздо более расслабленным и сосредоточенным. Джефф все объяснял и показывал исключительно четко, что Алене очень импонировало. Он придавал значение каждому нюансу, указывал на такие мельчайшие детали, на которые другие, скорее всего, даже не обратили бы внимания. И как человек он ей тоже сразу понравился, поэтому можно было сказать, что они поладили с полуслова.

Но на этом катке, даже работая с Джеффом, они не могли оставаться на длительное время. Да, они тренировались, но все же необходимо было как-то заложить основу их дальнейшего сотрудничества и официально определиться с тренерским составом. Вот только никто из них не знал, как это сделать. Алена допускала мысль, что Инго под влиянием стресса просто вспылил во Флориде и, возможно, если бы он работал в тандеме с таким специалистом, как Джефф, все бы сложилось совершенно по-другому.

Джефф, в свою очередь, сразу заверил ее, что она всегда может положиться на него и он сделает все для того, чтобы помочь их паре. Он даже обещал поговорить с Бруно и по возможности убедить его еще раз встретиться с Инго и все обсудить.

— Было бы здорово, если бы вы смогли убедить его согласиться эту встречу, — говорила ему Алена, сидя на кухне его новой квартиры в Швейцарии.

— Не могу обещать, что это получится, но я попробую поговорить с ним, — ответил Джефф и улыбнулся.

— Сомневаюсь, что это хорошая идея, но я поеду с тобой, — заявил ей Бруно, все же усаживаясь в машину спустя пару дней.

Алена узнала, что Инго должен был на несколько дней или недель вернуться из Флориды, поэтому они договорились с ним о встрече и отправились обратно в Хемниц.

— Ничего не получится, — повторил Бруно, остановившись на светофоре при въезде в город.

— Посмотрим. Почему ты так негативно настроен? — Алена не отступала и пыталась по дороге уговорить его пойти на компромисс.

Бруно прибавил скорости и вскоре свернул в сторону катка.

— Вот увидишь, — предрек он, выйдя из машины на парковке, откуда они сразу направились к зданию катка.

«Ну и чего ты ревешь?» Драматичная победа на Олимпиаде с пятой попытки – после ссоры с тренером и партнером

Инго был на месте, поэтому они сразу могли начать «переговоры». Только уже буквально через 10 минут стало понятно, что обсуждение можно было сворачивать, едва его начав. Во-первых, Инго сразу обозначил, что работать с ними он будет один и о привлечении Джеффа в команду даже речи идти не могло. Во-вторых, каждый из них должен был вносить определенную сумму в качестве зарплаты тренеру. Алена сначала подумала, что ослышалась, настолько высокой ей показалась эта цифра. В их теперешней ситуации она была для них просто неподъемной.

— Откуда нам взять такие деньги? У нас нет столько…

Алена ошарашенно посмотрела на Инго, а затем перевела взгляд на Бруно. Последнему, похоже, было вообще все равно. Он сидел с отрешенным выражением лица и, казалось, рассматривал стенку. Даже если бы Алена и Бруно получили разрешение на старт и стали выигрывать все соревнования подряд, этих призовых не хватило бы, чтобы ежемесячно выплачивать названную сумму. А у них даже разрешения такого пока не было. Эту проблему Алена мысленно отнесла на следующий уровень их «игры с препятствиями». Кроме того, они должны были и сами на что-то жить! Даже если учесть выступления в коммерческих шоу, а Алена предполагала, что их как новообразованную пару организаторы не особо будут стремиться приглашать, то все равно с деньгами было бы туго. Даже если… А им все-таки прежде всего необходимо было сосредоточиться на соревнованиях. Получался замкнутый круг.

Сумма была названа, а где и как они будут добывать ее, Штойера, похоже, не интересовало. Единственное, что он предложил — подписать контракт, по которому он начал бы работать с ними без оплаты своего труда, а как только пара начнет зарабатывать, они выплатят ему всю сумму задним числом.

В голове Алена сразу прикинула размер выплаты только за первый год тренировок и отрицательно покачала головой. Такой «кредит» не решал проблему.

— Ну, я же тебе говорил… — бросил Бруно и встал.

Алена также поднялась и пошла к выходу, даже не замечая, что по щекам текли слезы.

— Ну, и чего ты ревешь? Ты реально полагала, что ситуация изменится? Что он скажет что-то другое? — Бруно пристально посмотрел на партнершу.

— Пошли отсюда! — Алена вытерла рукой слезы с лица и кивнула. Теперь она окончательно поняла, что их пути с Инго разошлись навсегда.

«Ну и чего ты ревешь?» Драматичная победа на Олимпиаде с пятой попытки – после ссоры с тренером и партнером

Это только часть книги фигуристки Алены Савченко «Долгий путь к олимпийскому золоту», которая доступна по предзаказу в официальном магазине издательской группы ЭКСМО-АСТ

Фото: Издательство «Эксмо»; Gettyimages.ru/Matthew Stockman, Dean Mouhtaropoulos; East News/AFP PHOTO/ADRIAN DENNIS; globallookpress.com/Peter Kneffel/dpa, Ralf U. Heinrich/ZB, imago sportfotodienst

Источник: sports.ru

Оставить комментарий

Ваш емайл не будет опубликован.

8 + 18 =