«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

Часть 2

Начало тут

Перед началом нового сезона перед командой Жени стояла непростая задача: старые программы получились очень удачными, поэтому тренерскому штабу хотелось, чтобы и новые оказались, как минимум, не хуже. Женя выполняла все, что ей предлагали, пробовала, входила в образы… Короткую программу сделали с первого захода. Этот был полностью образ Жени, хоть и отличавшийся от того, что было ранее. В ней фигуристка олицетворяет тот возраст, в котором находится сейчас. Команда захотела показать процесс изменения, происходящий, когда человек переходит из детства в юность.

— На мой взгляд, Женя по эмоциональности, по актерскому мастерству — номер один в женском катании. Я чувствую ее историю до мурашек, — говорила тогда Этери.

А вот с произвольной пришлось помучиться. Сначала выбрали одну тему, но посчитали ее слишком трудновыполнимой. Решили отказаться и попробовать сделать другую. Поставили, но то, что получилось, Этери абсолютно не трогало, да и Женя говорила, что не до конца понимает, что ей нужно делать.

— И тогда я сказала Илье Авербуху, что нужно ставить то, что мы хотели с самого начала. Он сказал, что это рискованно, что не все смогут не понять. Но ведь люди ставят программы на военные темы. «Список Шиндлера» – о трагедии целого народа, так почему наша программа не имеет права на жизнь, — объясняла Тутберидзе.

Когда определились с тем, как именно программа будет выглядеть, образ сразу стал более конкретным, и Женя постепенно раскрылась. Музыку произвольной взяли из кинофильма, посвященного событиям 11 сентября: по сюжету мальчик, потерявший во время трагедии отца, пытается справиться с горем. В ее постановке Этери снова обратилась к собственному жизненному опыту.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

Когда мечта об одиночном катании не оправдалась, юная Тутберидзе, вернувшаяся в спорт после травмы и выросшая за это время на 22 см, осталась фактически предоставленной самой себе. Кроме родителей, никто ее не поддержал, рядом не оказалось тренера, готового по-настоящему в нее поверить. Цепляясь за соломинку, Этери перешла в танцы, сменила 7 партнеров и в итоге завершила карьеру, уйдя в балет на льду. После распада СССР, в 18 лет, против воли родителей вместе с труппой она уезжает в Америку зарабатывать гастролями. Так началась непростая жизнь в США, скитания по ночлежкам, обеды в церквях для малоимущих. В апреле 1995 года они оказались в Оклахома-сити. Их поселили в одном из приютов «Юношеской христианской ассоциации» на этаже для бездомных. Как вспоминает тренер, спали они на полу, а еду привозили американцы. Прямо напротив располагалось федеральное здание имени Альфреда Марра. 19 апреля в 9 утра от него остались только обломки. Это был теракт. До событий 11 сентября — крупнейший в истории США: 168 погибших, более 680 раненых, в числе которых была и Этери Тутберидзе.

— В то утро спустилась вниз умыться, посмотрела на часы – 9.04. Взрыв. Страшный грохот. Навалившаяся тяжесть от взрывной волны. Гробовая тишина. И нечеловеческие крики. Не знаю, как очутилась на улице. Одна. Видно, долго выбиралась, стены были разворочены. Всех ребят увезли. Закричали о второй бомбе. Люди побежали, а я так и стояла. Вид у меня был потерянный: в сланцах, с полотенцем, зубной щеткой. Подбежал какой-то пожарный, схватил за руку, потащил за собой. Полдня, как в бреду, я бродила за ним, пока он проверял разрушенные помещения, — рассказывала Тутберидзе. В мгновение мир, который казался таким знакомым и безопасным, изменился. Навсегда. В это время в Москве родители Этери узнали о случившемся по телевизору.

— По телевизору сказали, что российский балет на льду тоже пострадал. Я просто себе места не находила. Так испугалась, бегала по квартире и плакала. А потом она позвонила и сказала: «Мама, со мной все в порядке…» А с ней не было в порядке, у неё все тело было в осколках от стекла…, — вспоминала то ужасное время мама Тутберидзе Этери Петровна.

— Сейчас я говорю об этом, и у меня ломается голос, потому что для каждого человека такие события очень тяжело пережить. Но я не сомневалась, что Женя сможет передать все это в программе, рассказать зрителям эту историю, — была уверена тренер.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

Команда Жени не хотела акцентировать внимание на самой трагедии. Им было важнее отразить то состояние, которое невольно сопровождает нашу жизнь. Мы очень беззащитны, провожая дорогого нам человека даже просто на работу. Никогда не знаем, что может произойти в ближайшие минуты, часы. О том безумном страхе, который довлеет в мгновения, когда ждешь и одновременно вздрагиваешь от телефонного звонка, который прояснит судьбу родного человека. О важности ценить то, что у тебя есть, своих близких, ведь они не вечны. Переживания матери, ее боль от неизвестности за судьбу младшей дочери тренер положила в образ, в итоге воплощенный Женей на льду. И по началу, как и полагалось, постановку поняли и приняли не все. «Что это такое? Опять либретто?», — не унимались поклонники.

—————————

На тренировках в Хрустальном тренеры ежедневно устраивают полные, рабочие прокаты программ со всеми элементами. Этери с коллегами сидит с ручкой и внимательно следит за катанием учеников, делая заметки в блокнот. Все максимально приближенно к реальному оцениванию на соревнованиях, чтобы подопечные, когда им предстоит выйти на настоящие турниры, были готовы. После прокатов непременно происходит разбор полетов, зачастую – на повышенных тонах.

— Талант Медведевой в ее работоспособности и понимании сущности спорта. Кому-то дана прекрасная растяжка, другому безумный прыжок, третьему и то, и то. Но всякий талант при отсутствии правильного настроя можно легко растерять. У Жени этот настрой был всегда и остается. Она с детства усвоила, что критика тренера – это, пожалуй, самое ценное, что есть. Тренер не должен все время хвалить. Спортсмена будут хвалить потом другие, когда он завоюет медаль. И тренер будет радоваться больше всех. Да, я могу быть жесткой на словах. Но если я критикую, значит, мне не все равно. Хуже, если замолчу. Значит, мне безразлично, – сказала Тутберидзе.

Этери говорила, что с Женей, как и другими учениками, иногда приходилось и повышать уровень речи. В воспитательном плане помогал и опыт ее предшественниц: перед ней было столь много разных примеров, она ведь рано начала серьезно кататься, и ей всегда можно было напомнить о том, «что будет, если…».

В этот момент рядом с ней катаются девочки помладше и технически сильнее, которые растут и крепнут, вдохновляясь Жениным примером. Это, несомненно, добавляло и нерва на тренировках.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

— Женя всю жизнь находится в конкуренции. Когда-то с Полиной Шелепень, которая была намного сильнее ее. Потом рядом была Юлия Липницкая. Потом ребро в ребро, совсем рядом, оказалась Серафима Саханович. И Женя всегда боролась за внимание к ней как к спортсменке на льду. Поэтому эта конкуренция — вполне привычное для нее состояние. Конечно, добавляет какого-то нерва на тренировках. Но… пусть.

Поняв, что склонная к травмам Цурская – очень требовательный «материал», и  не факт, что принесет результаты при вкладываемых в нее усилиях, Этери, рассчитавшая все варианты на годы вперед, начала усиленно готовить вторым номером другую спортсменку, используя старый знакомый трюк с возрастом. Алине Загитовой, занимавшейся у нее с 2015 года, как раз к февралю 2018-го должно было уже стукнуть 15 лет. Сама фигуристка из Ижевска звезд с неба поначалу не хватала. На первенстве страны среди юниоров 2016 года заняла 9-е место, откатавшись не слишком убедительно. В то время никто не мог представить, что перед ними выступила будущая олимпийская чемпионка. Да и знали Алину лишь хардкорные фанаты.

Несмотря на относительно низкий результат на этих соревнованиях и благодаря исключительному отношению к Этери, сформированному победным бэкграундом ее учениц, спортивное руководство волевым решением включает Алину в состав сборной на закрытые прокаты юниорок, а затем дает ей шанс попробовать себя на серии юниорского Гран-при.

Незадолго до начала сезона тренер вовсю рекламировала Загитову и заявляла, что победить ее «чистую» может только девочка с тройным акселем или четверным. Модель «Алина» была улучшенной версией Полины и создана специально для того, чтобы обходить всех, кто катает стандартный набор элементов. Ее техническое превосходство строилось сразу на нескольких моментах, самым главным из которых был сложнейший каскад тройной луц-тройной риттбергер. Не как что-то очень эксклюзивное и крайне рискованное вроде трикселя Туктамышевой, а полностью боевое оружие. С Алиной сбылась и давняя мечта Этери со времен работы с Шелепень – ее ученицы овладели этим каскадом, который в свое время прославил Ирину Слуцкую и Аделину Сотникову. И действительно, в арсенале Этериных девочек младше Алины этот элемент постепенно вышел из категории «вау» и стал самим собой разумеющимся.

Вследствие наличия этого каскада, Алине включили в произвольную максимальный технический набор с двумя самыми дорогими тройными – флипом и луцем. И наконец, весь заявленный контент она должна была исполнять во второй половине программы – впервые в мире. Риск большой, но тот, кто не рискует, не пьет шампанское.

Если в мужском одиночном появление уникумов вроде Бояна Цзиня, Шомы Уно, а затем и Нейтана Чена, освоивших старшие четверные, стало следствием долгожданного технического прогресса, средством борьбы молодого поколения с многолетними компонентными монстрами вроде Патрика Чана, то в женской увеличение сложности — полностью заслуга Этери Тутберидзе, которая в итоге стала выдавать усовершенствованных технически спортсменок практически каждый новый сезон.

Конечно, навороченными программы Алины были неспроста. Во-первых, по юниорам существует порог во второй оценке, и Этери решила, что в борьбе с более компонентными соперницами вроде Марин Хонды технический аспект должен с лихвой покрывать недостатки скольжения и артистизма. При этом, как уже было сказано, Тутберидзе не забывала об олимпийских играх и смотрела на перспективу, рассчитывая шансы на подстраховку первого номера, а если повезет, и на завоевание сразу двух медалей в женской одиночке. Хотя в интервью о том, что на Игры-2018 может поехать не одна ее ученица, Этери говорила очень сдержанно, словно боясь сглазить. О том, каково это, готовить сразу несколько сильных спортсменок, Тутберидзе говорить тоже не любила.

— Мне не нравится, когда начинают кого-то сталкивать. Я учу их уважать соперников. Если кто-то вырос до уровня твоего соперника, значит, он работал не меньше твоего. И никогда не надо давать сопернику оценку. Я даже однажды запретила Жене комментировать соревнования по телевидению. Действующая спортсменка не должна давать оценку соперникам.

Женя эту науку усвоила хорошо. Она стала очевидным для общественности примером того «правильного» с точки зрения ее тренера поведения спортсмена, который не останавливается при первых же успехах, а идет дальше и закрепляет свои результаты новыми победами. О понимании на космическом уровне между Медведевой и Тутберидзе говорили все, кто их знал. Этери добавляла, что Женя — самая дисциплинированная ее ученица в плане «получить задание — выполнить задание». Но это не значило, что она не задает себе вопросов «зачем», «правильно ли это», «не обидели ли меня». Но у Жени, по ее словам, как раз присутствовал один элемент, которого не было у ее предшественниц — правильные родители. Которые создают ей такой досуг, быт, который позволяет ей продуктивно тренироваться, когда девочке бывает тяжело.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

— Например, она приехала со старта, чувствует себя уставшей, но сидеть и думать «ах, как я устала» нельзя, нужно искать в себе силы. И здесь включаются мама с бабушкой, которые где-то с ней строго поговорят, где-то поддержат. Так наши совместные усилия приводят к тому, что Женя находит в себе потенциал и снова начинает усиленно тренироваться. Получается как раз тот самый рикошет между тренерами и родителями, коридор, в котором спортсмен находится и не может найти оттуда лазейку наружу. Человек ведь всегда ищет, где проще, это совершенно нормально. И как только родители начнут спортсмена жалеть, он сразу и уйдет туда, где жалеют.

В одном из интервью того времени, тренер рассуждала о разнице в тренировочном подходе у нас и на западе. Там за фигурное катание платит сам спортсмен, более того, очень часто он на него и зарабатывает. И понимает, что каждая минута на льду стоит денег. А как сделать, чтобы наши спортсмены начали свое время ценить, если у них этот лед просто есть и все? Потому что для них время — не деньги.

— Здесь я уже только про себя могу сказать — ничего не остается, кроме как работать с тем материалом, что есть, и пытаться создать свой продукт. Я сказала сейчас специально два слова, которые могут очень не понравиться читателям – «материал» и «продукт». Но это так и есть. Та же Женя Медведева — это продукт нашей фабрики.

—————————

Юля, тем временем, обживалась в Сочи и ходила на тренировки с удовольствием. Лето ушло на исправление технических моментов, не обошлось и без болячек. Но сделать команда Липницкой, тем не менее, успела достаточно много. Например, много уделяли внимания самым разнообразным вариантам каскадов, делая упор на второй прыжок.

Вместе с тренером и коллегой по тренировкам Денисом Васильевым они съездили в Швейцарию к Стефану Ламбьелю, который поставил Юле короткую программу на музыку Ива Монтана. Работать со Стефаном Липницкой понравилось, а сравнивать ей было с чем.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

Когда в детстве постановками занимаются тренеры, эти программы всегда удобны детям, поскольку изначально ставятся под прыжки. Очень удобно в свое время ставил ей Николай Морозов. Работа с ним обычно выстраивалась следующим образом: он просил показать ему какие-то шаги, внимательно смотрел и говорил: «Сюда мы вставим вот это – оно туда ложится». И получалось, что вся дорожка строилась именно от удобства.

Марина Зуева, в свою очередь, старалась внести в программу какие-то новые связки и хореографические приемы. Просто Юля, как сама затем признавалась, попала к ней именно в тот момент, когда не очень хорошо понимала саму себя.

— Стефан же – это вообще отдельная история. Заиграла музыка – и он улетел. Он до такой степени любит музыку и лед, что наблюдать за его импровизациями колоссальное удовольствие. Но мы-то приехали не его катанием любоваться, а программы ставить.

На практике это выглядело так: Стефан включал музыку, быстро накручивал какие-то шаги, а Юля с Алексеем Евгеньевичем стояли, раскрыв рты, не понимая, как он все это делает. Липницкая быстро смекнула и приучилась зрительно выхватывать из его дорожек какие-то куски и повторять их. Ездила следом, следила за ногами, которые он постоянно заплетал каким-то непостижимым образом. Столько, сколько Юля «валялась» в Швейцарии по льду, пытаясь повторить за Ламбьелем какие-то движения, она не валялась никогда в жизни.

Вернувшись в Россию, они сделали и произвольную. Такой образ Юля еще не катала никогда. Изначально очень долго не могли найти музыку. Слушали все подряд, пока не наткнулись на саундтрек «Убить Билла». Юля уже исполняла эту музыку на показательных, и подумала: а почему нет? Это был олимпийский сезон, тот номер она катала всего лишь раз — на этапе Гран-при в Канаде. Программу поставили наспех, не слишком удачно нарезав музыку, поэтому получилось совсем не так, как того хотелось. Сейчас, с учетом приобретенного опыта девушка понимала, как нужно ее преподнести, чтобы раскрыть образ по максимуму.

— Если раньше с ходу отметала любую идею, если не понимала ее, то сейчас стараюсь попробовать и понять: что такого видит в том или ином замысле тренер или хореограф, чего не вижу я? Относительно произвольной программы никакого противодействия у меня не было. Все как-то складывалось само собой. Было удобно, кстати, ставить программу дома: когда нет необходимости полностью подчиняться чужой идее, чувствуешь себя гораздо свободнее и комфортнее. Захотел изменить заход — изменил. Захотел переставить элементы — переставил.

Так потихоньку пришло время открытых прокатов. В короткую включили каскад луц-тулуп, впервые с финала Гран-при 2014. Первый выход «в свет», первый показ программ для Липницкой всегда были очень волнительными, даже совсем в «лялечном» возрасте.

— Каждый раз ведь хочется показать все, что удалось наработать. И от одной только мысли, что не получится, страшно становилось так, что ноги сводило. Хотя могу сказать, что сдвиги к лучшему в этом отношении сейчас есть. По ходу произвольного проката я, например, пыталась бороться за каждый элемент, пусть какие-то из этих элементов получились кривыми и косыми. Раньше я просто напрыгала бы «бабочек».

Фигуристка честно признала: произвольная программа пока совсем сырая, с совершенно неотработанной хореографической частью В техническом плане она берегла себя: упростила дорожки, сделав упор на прыжки.

Проблемы с весом у нее, по собственному выражению, ушли, как только она начала заниматься ОФП с резиной в тренажерном зале. Ей предложили специальный комплекс упражнений, направленный на то, чтобы мышцы укреплялись, но не увеличивались.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

– Любые изменения раньше всего замечают массажисты. Они и стали мне говорить, что у меня стали появляться мышцы: на спине, на ногах, просто за спину мы переживали больше. Я пыталась закачивать спину и раньше, но, как выяснилось, делала это неправильно, из-за чего возникали проблемы с позвоночником, с копчиком, с крестцом, с нервными окончаниями. Чуть не так повернулся, что-то защемило, и нога не работает. Правильно закачать спину – вообще проблема в фигурном катании – думаю, все фигуристы с ней сталкиваются.

В Сочи на открытых прокатах им было много чего предъявлено на разборе короткой программы – и по дорожке, и по транзишенам.

— Работу мы сделали хорошую. В Сочи я случайно услышал уже после прокатов, как Юля сказала в интервью, что раньше вообще не понимала, что делает на льду. Выходила и катала то, что говорит ей тренер, – и только. А сейчас стала думать, стала понимать, что именно пытается показать на льду, пытается анализировать свое катание. Поэтому появляется больше осознанного волнения, — говорил Алексей Урманов.

На турнире в Словакии Юля выступила не очень хорошо и заняла второе место вслед за Марией Сотсковой. Уже после соревнований начали снова беспокоить проблемы со здоровьем, из-за которых пришлось сняться с этапа Гран-при в Америке. И хотя уже не было никаких шансов попасть в финал, 5 ноября она все равно вышла на московской этап – чтобы напомнить о том, как разительно изменилась она сама, и насколько готова к борьбе за место в сборной.

На Rostelecom Cup Юля предстала перед зрителями невероятно худой. Еще в короткой программе у нее закружилась голова, но откаталась она абсолютно чисто, получив за прокат весьма солидные оценки.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

На разминке перед произвольной ей свело ногу – Алексей Урманов усиленно массировал ей мышцы перед выходом на лед, но это не помогло. В начале 4 минуты программы Юля попросила остановить музыку: правая нога практически отказалась повиноваться.

—  Эта худоба. Вот оно, совсем без соли, — печально произнесла Татьяна Тарасова в эфире «Матч ТВ».

На лице у Юли была растерянность. Именно этого момента она боялась больше всего: не суметь выполнить свою программу, когда на нее смотрит полный зал зрителей. Превозмогая силы, как физические, так и моральные, она сказала тренеру, что будет докатывать. Юля не сдалась, хотя все было предрешено. Музыку включили с того самого момента, когда она прервалась пятью минутами ранее. Липницкая упала при приземлении с прыжка и получила штраф в 5 баллов за остановку программы. Болельшики рыдали, да и сама Липницкая едва сдерживала себя, сидя в КИКе с Алексеем Урмановым. Это был ее последний старт в карьере.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

—————————

На первый в карьере этап юниорского Гран-при во Франции, как многие тогда думали (но только не Этери), Алина Загитова отправилась в качестве второго номера. Первым негласно числилась Анна Тарусина, ученица Сергея Давыдова и победительница первенства России старшего возраста. Но, к сожалению, по дороге на каток тренер и ученица вместе с некоторыми другими спортсменами попали в автомобильную аварию. Аня серьезно травмировала колено и выпала из спорта почти на целый сезон. Зато Алина сумела воспользоваться предоставленной ей возможностью по максимуму и не подвела своего тренера. Очень быстрый рост результатов и стабильности уроженки Ижевска был невероятным, ее оценки росли от старта к старту. В том сезоне по юниорам она оступилась лишь раз, на втором этапе в Словении, впервые встретившись с девочкой, которая потенциально была сильнее. Рика Кихира как раз была той, о которой говорила Тутберидзе, делая оговорку в победных перспективах Загитовой. Японка еще до начала сезона демонстрировала на тренировках тройной аксель. Выполнив его чисто в произвольной на этапе в Словении, она дала понять, что все зависит не от соперниц, а от чистоты ее катания. Единственный раз в сезоне зрители увидели, что Алина не робот и может посыпаться, если не будет чувствовать психологического комфорта.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

К счастью для Загитовой, стабильность ультра-си у Кихиры оставляла желать лучшего. Она не стала серьезной соперницей россиянки на протяжении сезона, в котором Алина завоевала все по юниорам, побив рекорды в своей возрастной категории. Но Этери была бы не Этери, если бы не смотрела наперед. Японка хоть и не проходит на ближайшие игры по возрасту, но со временем вполне может напрыгать свои ультра-си, тем более, на тренировках уже показывала по-настоящему убойный каскад тройной аксель-тройной тулуп. Тутберидзе начала работать на опережение. Причем не с Алиной, которая мыслилась исключительно проектом под олимпиаду, а с девочками помладше – Сашей Трусовой и Анной Щербаковой. О том, что усложняться нужно Жене, речи тем более не велось.

Сама Медведева прошла серию гран-при без поражений, хотя на отдельных соревнованиях не обошлось без осечек. Но, как и в прошлом году, ко всем главным стартам она подходила в отличной боевой форме. Выиграв серию, она приехала на ЧР в качестве фаворитки.

Основными соперницами Жени дома были Анна Погорилая, проводившая очень успешный сезон и впервые выигравшая оба своих этапа ГП и бронзу финала. Нельзя было недооценивать и Марию Сотскову. И наконец, потенциально высокие баллы могла набрать Алина с ее сумасшедшей для тех лет техбазой. Одногруппница Жени не претендовала на взрослую сборную по возрасту, но федерации, впечатленной ее успехами на юниорском гран-при, да и самой Этери, не терпелось показать всему миру, кого они готовят специально к играм в Пхенчхане. По взрослым правилам (по юниорам был обязателен сольный риттбергер) Алина исполнила в короткой абсолютный технический максимум (без учета тройного акселя) — каскад луц-риттбергер, флип и двойной аксель – все во второй половине программы. В произвольной под музыку Людвига Минкуса из балета «Дон Кихот» юниорка каталась в Жениной красной пачке из сезона 13-14. К слову, передача костюмов «по наследству» в группе Тутберидзе – дело привычное.

Алина предстала совсем не в лирическом образе с минимумом художественных средств. Этого и не требовалось: на восприятие зрителя в купе с юностью спортсменки здорово играл сам факт того, что все элементы были расположены во второй половине программы и четко вписаны в музыкальные акценты. Откаталась Алина в обеих программах чисто.

— Бомба, настоящая бомба к олимпийскому сезону!, — восторженно отзывалась о прокате Загитовой Татьяна Тарасова, за два года чуть ли не напророчившая ей победу в Пхенчхане. Тогда среди специалистов начали возникать вопросы, насколько такая расстановка элементов с неприкрытым расчетом на бонусы влияет на восприятие катания.

Женя вышла на свою произвольную после лидерства в короткой и в очередной раз показала высочайший класс. В какой-то момент ей в голову пришла дерзкая мысль. Согласно новым правилам на тот сезон, лишний прыжок в каскаде теперь просто не засчитывался, при этом не обнуляя базу всего элемента, как раньше. Выполнив сальхов-тулуп, Женя, к потрясению Этери, стоявшей за бортиком, неожиданно цепляет к каскаду еще один дополнительный тройной.

— Я это специально, специально!, — задорно сказала она тренеру, выйдя со льда.

Из-за этого демарша Медведева не досчиталась очков за исполнение на каскаде и технику в произвольной уступила Загитовой. Преимущество же в компонентной составляющей было справедливо большим, и Женя стала двукратной чемпионкой страны.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

В том сезоне многие удивлялись, почему Этери не усилила технический контент программ Медведевой. Ведь впереди была такая важная олимпиада, работать надо было наперед, да и совсем рядом луц-риттбергер легко прыгала юная Алина. На тренировках сама Медведева вовсю демонстрировала каскады с риттбергером и ойлером. Разве у нее не возникало вопросов к тренеру? Наверняка возникало. Просто Женя полностью доверилась Этери Георгиевне. Она лучше знает, лучше видит, всегда все рассчитывает наперед. Если любимый тренер, много раз доказавший, что беспрекословное следование ее воле приносит успех, просит ей верить, значит, так и нужно делать. По сути, свой второй взрослый сезон Медведева заканчивала с тем же контентом, который катала в юниорах. Хотя поступком на ЧР Женя, вольно или невольно, лишний раз показала, что у нее есть потенциал для усложнения, а главное — есть на это желание и силы.

О том, что решение повременить с усложнением было ошибкой, поняли в межсезонье, когда было уже поздно. Медведевой начали отчаянно наращивать сложность, нарушив привычный макет и переставив почти все элементы произвольной во вторую половину с потенциалом перенести туда все прыжковые по ходу олимпийского сезона. Просто так без последствий для организма такая интенсивная работа остаться не могла.

Однако до этого на старом контенте Женя выиграла первенство Европы и отправилась в Хельсинки защищать титул чемпионки мира. Здесь она, ни много ни мало, совершила спортивный подвиг. Когда подруга по команде Аня Погорилая полностью провалила свой произвольный прокат, Женя поняла, что должна надеяться лишь на себя. Ее ошибки могли стоить всей сборной трех мест на олимпиаду. Под колоссальным давлением она вышла и сделала свою работу безупречно. В те моменты, когда от нее больше всего ждали высоких результатов, она никогда не подводила. Чувство ответственности перед страной и федерацией – главный приоритет для спортсменки, которая, будучи лидером, никогда не давала слабину, все выданные ей авансы и статус первого номера отрабатывала по стопроцентной программе. Женя — тот спортсмен и лидер, на которого всегда можно было положиться, несмотря ни на что.

Став двукратной чемпионкой мира Медведева первым же делом по окончании награждения спешит за бортик — там ждет ее тренер. Женя на бегу снимает с себя золото и надевает медаль на шею Этери, крепко обняв свою наставницу.

После чемпионата мира Женя отправилась на командник в Японию. Ни грамма не снизив объем тренировок, она идеально исполняет сначала короткую, а затем и произвольную, ставшую именно на этом турнире откровением. Такой чистоты, изящества и филигранности в исполнении, точных музыкальных акцентов она ждала весь сезон. Судьи оценили и поставили сумасшедшие баллы: за 80 в короткой, за 160 в произвольной и за 240 в сумме. По той системе оценивания — абсолютный максимум.

На мой взгляд, те высочайшие баллы также послужили Жене дурную службу. Ведь всю свою карьеру она, если каталась чисто, неизменно получала более высокие оценки по сравнению с предыдущими стартами. Возможно, и Этери тогда посчитала, что аналогичные баллы ей поставят и на олимпиаде, если она откатается также чисто, как и в Японии в 2017-м.

—————————

На юниорском уровне в тот год, кроме Алины дебютировали сразу несколько ярких россиянок. Самые известные – питерские фигуристки Настя Губанова и Лиза Нугуманова. Этих двух девочек поклонники, в отличие от Загитовой, уже знали и вовсю прочили им соперничество за самые высокие титулы в ближайшем будущем.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

Настя поражала своим зрелым подходом к интерпретации программ с раннего детства. Не отставало и техническое мастерство – за год до этого Губанова прыгала луц-риттбергер. Лиза тоже обладала ярким артистизмом, за что ее, будучи новисом, уже приглашали на японские шоу вместе с Женей. Алиса Лозко всем запомнилась своими удивительно точными и быстрыми вращениями. Кстати, в Удмуртии она занималась в одной группе с Алиной, но в отличие от нее, для дальнейшего развития отправилась в Северную Столицу к Алексею Мишину. В те времена Лозко некоторым казалась даже более перспективной спортсменкой, что удивительно, учитывая, как по-разному в итоге сложились судьбы двух подруг из Ижевска.

Кроме них дебютировала по юниорам ученица Валентины Чеботаревой Станислава Константинова и другая подопечная Мишиных Софья Самодурова, после травмы восстановилась Алиса Федичкина. В тот момент казалось, что питерская школа готова дать бой Москве за лидерство в женском одиночном. Но этого так и не произошло. В финал в тот год прошли лишь Настя и Лиза. Губанова вслед за Загитовой завоевала серебро, и на этом успехи талантливой девочки фактически завершились: сыграли взросление и нестабильность в результатах, а также не совсем спортивные факторы на соревнованиях, наверняка ударившие по мотивации юной спортсменки. Самым большим камнем преткновения для Нугумановой стали недокруты, от которых она так и не смогла полностью избавиться. Определенных успехов позже добилась лишь Соня, считавшаяся наименее способной из того поколения. Но ее победы не были следствием какого-то тренда, а скорее сочетанием удачных обстоятельств, наличия заботливого тренера и внутренних качеств самой спортсменки, всегда показывавшей максимум из того, что умела. А настоящим лицом Санкт-Петербургской школы как была, так и осталась Лиза Туктамышева, в спортивном плане пережившая многих более юных коллег.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

Тем временем, Полина Цурская, несмотря на преследующие ее травмы, выступила на юниорских этапах гран-при, завоевав две победы. Этери ее не списала, но сделала оговорку, что спортивные успехи этой девочки зависят исключительно от состояния ее здоровья. С финала Цурской пришлось сняться. Восстановившись, она отобралась в сборную на ЮЧМ, но на самом старте была сама не своя, провалив произвольную, заняв итоговое 10-е место и заметно снизив свои шансы на поддержку со стороны федерации в олимпийский сезон.

—————————

О том, что с Юлей на Rostelecom Cup произошло что-то серьезное, было понятно сразу, но чиновники и тренер не спешили давать подробных разъяснений относительно ее состояния. После Гран-при Юля прошла медицинское обследование, а чуть позже сообщили, что и с чемпионата России Липницкая снялась. В федерации объявили, что спортсменка возвращалась с тренировки, поскользнулась на тротуаре и упала, получив травму бедра.

В руководстве хранили молчание, Урманов говорил, что Липницкая лечится, тем временем, сама Юля надолго пропала из виду и пропустила все анонсированные ранее соревнования. И только к лету фигуристка появилась в медиапространстве, когда ей подарили еще обещанную с Сочи квартиру. С фотографий на нас смотрела уже заметно повзрослевшая и набравшая несколько килограммов девушка. Очевидная прибавка к весу заставила болельщиков гадать, что же с ней происходило за этот таинственный период отсутствия.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

— Нет у меня никаких беременностей, достали уже. Совесть имейте. Мне что теперь всю жизнь 37 кг весить, чтоб вас порадовать? Нахуделась уже, хватит, – жестко ответила Липницкая в своей фан-группе в ответ на самые бестактные предположения фанатов. Последняя сказанная ею фраза стала понятной позже.

Лишь в сентябре 2017-го стало известно, в чем была причина. В конце 2016 года врачи поставили Юле диагноз анорексия. В январе 2017-го она улетела в Израиль, 3-месячное лечение там оплатил Петр Макаренко. К тому времени уже стало понятно, что его мечтам об дивидендах с Юлиных выступлений не дано сбыться. Тем не менее, владелец «Телеспорта» не оставил Юлю и ее маму наедине с бедой.

Вернувшись домой весной 2017 года, Юля уже приняла непростое решение. О планах завершить карьеру Липницкая сообщила руководству Федерации еще в апреле, но те попросили ее подождать до открытых прокатов, прежде чем объявить о нем во всеуслышание.

В этот раз это было на 100 % ее обдуманным шагом. На принятие решения у нее было целых три месяца. Каждый день она засыпала и просыпалась с одной мыслью, что будет дальше. Пока лежала в клинике, очень много работала с психологами, которые помогли расставить жизненные приоритеты, которые касались, прежде всего, здоровья. Поначалу она оставалась уверенной, что восстановится и вернется в фигурное катание.

В клинике, после первой недели пребывания в один из выходных у нее украли телефон и, так, соответственно, оборвалась вся связь с внешним миром.

— И только сейчас я понимаю, для чего мне это было дано. Чтобы я реально задумалась, что происходит в моей жизни. Это сыграло очень важную роль.

Больше всего ее пугала неизвестность. С мамой поговорила сразу, та все поняла и приняла.

— Вместе мы решили, что раз новая жизнь, то новая жизнь. Соответственно, надо ехать в Федерацию, оповестить всех, объяснить ситуацию, рассказать, почему так получилось, что я и сделала. А дальше была договоренность с руководством федерации, что мы все вместе ждем сентября и на контрольных прокатах делаем официальное объявление о том, что я завершила карьеру. И все.

Ей дали время подумать до прокатов. Но для себя она уже все решила. Конечно, было много того, что бы Юля хотела еще сделать в спорте, добиться новых высот, усовершенствовать свое катание. Но что получилось, то получилось.

Причины на 99 % — проблемы со здоровьем. А остальное, понятно, уже прикладывалось к этому. После того, как был озвучен мой диагноз, мне стали писать, спрашивать, зачем я это сделала? Анорексия — болезнь 21 века, она встречается достаточно часто. К сожалению, с ней справляются не все. Я посчитала, что ничего такого нет, если я открыто об этом скажу. Единственное, о чем сожалею, что не сделала этого раньше, потому что всё продолжалось уже не первый, не второй и не третий год…

Вся эта шумиха после Олимпиады, внимание, назойливый интерес ко всему, что происходило в ее жизни, тоже сыграли определенную роль. Она никогда не была публичным человеком, с детства и по сей день остается интровертом. Например, чтобы заговорить с незнакомым человеком, ей приходилось делать усилия над собой.

— Сейчас я намного проще общаюсь с разными людьми, стала гораздо общительнее. Но у меня уже выработались некие привычки, стереотипы, которым я следую. И я не считаю, что мне нужно лезть в каждую газету, на каждую передачу, куда меня зовут. Я это не приветствую и не буду этого делать. Предпочитаю говорить коротко, по делу и опровергать те вещи, которые мне нужно опровергнуть, потому что в связи с моим долгим молчанием и с досрочным объявлением о завершении спортивной карьеры вылезло много выскочек, написаны статьи, взяты интервью у людей, которых я не знаю вообще.

На вопрос о мечтах в своем последнем интервью для сайта федерации Юля ответила:

— Больше всего мне хочется найти себе дело, которым будет интересно заниматься в жизни. Сейчас я нахожусь на перепутье, потому что много предложений, разных вариантов, проектов… Но я не могу и не хочу прийти куда-то, чтобы просто посидеть в роли свадебного генерала. Я хочу участвовать сама, заниматься тем, чтобы мне самой было максимально интересно, а без учебы это не получится. Поэтому сейчас у меня на первом месте учеба. Я активно занимаюсь английским языком с репетиторами. В ближайшее время сосредоточусь на учебе, а там будет видно. Параллельно, естественно, попробую себя в каких-то других вещах и что-то постараюсь найти для себя. Меня спрашивают, буду ли участвовать в шоу? Пока не могу и не хочу, хотя такие предложения есть. Пройдет время и, может быть, что-то поменяется, потянет на лед, тогда посмотрим.

В тот момент она была уверена, что тренером работать не будет. В прощальном интервью Липницкая поблагодарила Федерацию и всех людей, которые ее поддерживали. Своего тренера Алексея Урманова, который в нее поверил и максимально вкладывался, помогал и моментально реагировал на все возникающие у нее проблемы. В Сочи она тренировалась недолго, но это было то окружение, которое девушка искала всегда. Люди, которые о тебе заботятся и ставят твой успех и твои достижения в приоритет. Да, возможно, это не тот рецепт, который нужен для мгновенных и быстрых побед, но в любом случае, ментальное здоровье юного спортсмена в ходе такой работы точно не пострадает.

— В Сочи очень дружеский штаб, и все настроены друг к другу по-доброму. Я была бы счастлива, если с этой командой мы добились бы результата. И я сожалею, что этого не получилось.

Алексей Урманов говорит, что с Юлей они остались друзьями и до сих пор общаются, хоть и редко.

Один из главных атрибутов, которые ассоциируются с Юлей – это ее фанаты, которых множество не только в России, но и по всему миру. Которые искренне ее любят и переживают за нее, порой и назойливо, но такова любовь болельщика.

— Хочется сказать спасибо всем болельщикам за любовь, за веру, понимание и ожидание. Но так было нужно. И для меня и не только для меня. Сейчас мне приходит много сообщений. Я даже стараюсь иногда отвечать, потому что некоторые люди пишут от чистого сердца, и когда я читаю сообщения, у меня, бывает, наворачиваются слезы, но чаще все-таки улыбаюсь. Я очень рада, что есть люди, которые с такой теплотой относятся ко мне.

Особую благодарность Юля и ее семья выразили владельцу «Телеспорта» Петру Макаренко, который помог финансово в самый сложнейший период ее жизни. Это был чисто бескорыстный  поступок, помощь «от человека к человеку». Юля чувствовала признательность, и когда «Телеспорт» закупил права на трансляцию соревнований по фигурному катанию, Липницкая стала комментировать сначала серию Гран-при, а затем ЧЕ и Олимпийские игры в Пхенчхане, показав себя весьма вдумчивым и грамотным комментатором. Но затем все права на трансляции выкупил Первый канал, полностью монополизировав показ фигурного катания в стране.

Не смотря на слова о том, что тренировать она не хочет, уже в 2018 году стало известно, что совместно с друзьями Еленой Ильиных и бывшим парником Максимом Мирошкиным Липницкая открыла Академию фигурного катания. Здесь Юля работает лично, катается с  малышами, ездит по всей России и даже зарубеж. На сборах, помимо чисто тренерской работы специалисты академии объясняют и важные моменты психологии, которые в свое время Юле пришлось пережить на собственном опыте.

«Сегодня будет моим». Юлия Липницкая и Евгения Медведева

Юлия Липницкая была короткой, но очень яркой страницей в истории женского катания России, основой той бешеной популярности, которой оно пользуется сейчас. При этом рекламный потенциал спортсменки, которой пророчили успешность Юны Ким, так и не был реализован.

Ее  «сегодня»  — эта работа в академии с детьми и редкие выступления в шоу. Совсем недавно стало известно, что 22-летняя Юля вместе со своим молодым человеком готовятся стать родителями.

Домашняя олимпиада в Сочи запомнится мне не скандалами с допингом, не массовыми возвратами медалей задним числом. А Юлей Липницкой. Девочкой, которая сумела за несколько минут влюбить в себя всю страну и стать трогательным символом «Жарких. Зимних. Твоих». С той самой «девочкой в красном пальто», что повернулась на последней секунде своей пронзительной произвольной… и заглянула  прямо в душу.

Продолжение следует…

Часть 1

Часть 2: Олимпийское безумие

Часть 3: Три с половиной

Часть 4: Методика выживания (1 и 2)

Часть 5: «Сегодня будет моим» (1)

+ Прекрасная в своем несовершенстве. Взлет и падение Анны Погорилой

+ История Полины Шелепень — первой ученицы Этери

 

Спасибо за внимание, следите за обновлениями в блоге!

Источник: sports.ru

Оставить комментарий

Ваш емайл не будет опубликован.

13 − шесть =